Сергей Ивкин (vershitell) wrote,
Сергей Ивкин
vershitell

Париж-Екатеринбург

4 ноября - Всемирный день дюпонизмов!
А мы с Бегемотиком 3-го ноября переехали в собственный дом, потому 4-го весь день разбирали вещи. И я обнаружил доклад, который читал на Дюпонистической конференции в феврале 2008.

Сергей Ивкин   Дюпонистический роман как отражение масс-медиа эпохи
Доклад прочитан на Дюпонистической конференции в Уральском Государственном Университете им. М. Горького в феврале 2008.

                                Диалог окончен – начался livejournal. *   Александр Петрушкин 

 

 * Комментарий 1.

                В таких книгах не важно – что и как

Важно – кто и когда. Раньше дневники и личные письма могли быть опубликованы только после смерти. Теперь – самые смелые – могут напечатать их при жизни.

 Чтобы получилась жизнь КАК ОНА ЕСТЬ.

Но таких смелых немного.

 В этом смысле они похожи на героев волшебных сказок. **

                                               Дмитрий Воденников «Здравствуйте, я пришёл с вами попрощаться»

 ** Комментарий 2.

                Является ли роман Ольги Арефьевой «Смерть и приключения Ефросиньи прекрасной», написанный в жанре волшебной сказки предложениями, большей частью сходными с тем, что принято считать в Екатеринбурге дюпонизмами, дюпонистическим романом? Этот вопрос вызвал разногласия в лагере дюпонистов. Ради примирения было решено считать книгу бывшей екатеринбурженки последним преддюпонистическим романом. Поскольку в романе выведен персонаж, напоминающий Франсуа Дюпона, говорящий и мыслящий подобно Франсуа Дюпону но являющийся скорее его предчувствием, жаждой истинного Франсуа ***, то все последующие романы, содержащие образ Франсуа или стиль мышления Франсуа, могут считаться дюпонистами дюпонистическими.

 *** Комментарий 3.

                Избранные дюпонизмы, поданные в романе Ольги Арефьевой «Смерть и приключения Ефросиньи Прекрасной» как «Записки некоего Иеронима Инфаркта»:

1)      Я несколько раз совершал самоубийство. Всегда успешно.

2)      Самые главное жило в ванне, вокруг была надстройка.

3)      Начитаешься всякого, а потом живёшь с этим.

4)      Основательно пописал, ногти и рукти.

5)      Есть четыре вида времени – медленное, быстрое, неподвижное и прошедшее.

6)      Один мальчик тоже ходил в баню, и ему не поздоровилось.

7)      Результатов вашей смерти нет среди нас.

8)      Я не слишком избыточен в твоих объятиях товарищеского ужаса?

9)      Матросы собрались у вопросительного знака.

10)   В эротических снах видел только себя.

11)   Боролся с абсурдом, осваивая его по букве.

12)   Хотел завести собачку, но попадались только жёны.

13)   Несобранность – это болезнь роботов.

14)   Если в слове встречалась буква «ж», произносил его как «жопа».

15)   Забыл, что нужно стыдиться и заглянул под юбку статуе.

16)   Мечтал быть бякой и боролся с этим.

17)   Для единственной жизни могло бы быть и поинтереснее.

18)   На внутренней стороне очков нарисовал свой отдельный мир.

19)   Невзирал.

20)   Самую лучшую собаку хранил между страницами книги.

21)   Обналичил Канта.

22)   Купил безрукавку специально для Венеры Милосской.

23)   Обещал быть нежно-фиолетовым (в крапинку).

24)   В качестве оберега использовал автобус.

25)   Написал книгу на рисовом зёрнышке и потом долго искал сволочь, которая его съела.

26)   Пошёл дальше ковыряться в искусстве.

27)   Нанёс словарную травму, согнул спираль в прямую.

28)   Сформулировал яблоко.

29)   Соответствовал семи признакам империализма.

30) В своей жизни он прочёл три книги: первую и про Штирлица. ****

 **** Комментарий 4.

                Если истоки реалистического романа советские прозаики выводили из «Шинели» Николая Васильевича Гоголя (мы рассматриваем его как одного из ведущих преддюпонистов в русской культуре), то первоистоком дюпонистического романа следует указать «Бесов» Фёдора Михайловича Достоевского. Ещё до «Улисса» Джеймса Джойса (где нет главного персонажа, а мы имеем дело с вязью «голосов» *****) роман, написанный по страницам судебных хроник, предлагает читателю набор судеб, среди которых ни одна ни является обслуживающим персонажем, каждая достаточна для написания романа (создания всех остальных судеб): на ведущую позицию при вдумчивом перечтении можно вывести уже не Николая Ставрогина или Петра Верховенского, а Шигалёва, Кириллова или же Капитана Игната Лебядкина. *****(а)

 ***** Комментарий 5.

                Фактура литературного портрета – это фактура письма. Джойсу стало ясно, что требуется совсем иное письмо. Решение это складывается и начинает воплощаться в середине романа, «Улисс» - это роман великого перехода, когда в конце мы оказываемся совершенно не с тем, с чем начинали, - с другими идеями, другим художественным миром, стилем, другим настроением… Созревшее решение говорит, что портрет расщеплённого, по необходимости расщепляющегося, художника, можно писать только в фактуре сменяющегося письма. Должны быть разные голоса. Расщеплённый художник, как мы привыкли выражаться сегодня, уже художник не монологический. В исполнении расщеплённого литературного портрета с необходимостью возникает элемент полифоничности, многоголосия, элемент по Бахтину, разных речевых жанров ******. Которые каким-то образом взаимодействуют, сплетаются друг с другом, переговариваются, перекликаются.

                                               Сергей Хоружий  «Портрет художника». Лекция, прочитанная на Джойсовском семинаре в Челябинском педагогическом университете 28 марта 1997 года.

*****(а) Комментарий 5(а).

                - Это не вопрос вины, че. Ты как герой Достоевского ******(а), отвратителен и симпатичен одновременно, что-то вроде метафизического жополиза. Когда ты улыбаешься, становится понятно, что уже ничем помочь нельзя.

                                               Хулио Кортасар  «Игра в классики»

 ****** Комментарий 6.

                …творение дюпонизмов предстаёт как одно из художественных средств, освобождающих смысловое пространство для созидания прямых человеческих связей и для неискажённого отражения объективного мира. Отсюда вытекает, что дюпонизм как малый литературный жанр, как искусство называния и как методика отражения объективного мира продолжает карнавальную культуру в её бахтинской интерпретации и противостоит как мифотворчеству поэтического богословия, так и посмодернистской игре с мифами: вместо того, чтобы, как они, создавать мифы и манпулировать ими, дюпонизм доводит в процессе игрового называния манипуляцию с мифами до логического конца – до их разрушения, очищая сознание индивидов от идеологических и мифологических штампов ради восприятия вещей такими, какие они есть по сути своей. *******

                                               Др. Исаак Махдеш-Рамон  «Философия дюпонизма»

 ******(а) Комментарий 6(а).

                Этот Лебядкин, какой-то заезжий, оказался потом лицом весьма подозрительным и вовсе даже не был отставным штабс-капитаном, как сам титуловал себя. Он только умел крутить усы, пить и болтать самый неловкий вздор, какой только можно вообразить себе. *******(а)

                                               Фёдор Михайлович Достоевский «Бесы»

******* Комментарий 7.

                Мне страшно что я при взгляде

                на две одинаковые вещи

                не замечаю что они различны,

                что каждая живёт однажды.

                Мне страшно что я при взгляде

                на две одинаковые вещи

                не вижу что они усердно

                стараются быть похожими.

                Я вижу искажённый мир… ********

                                               александрвведенский

 *******(а) Комментарий 7 (а)

                Для русской интеллигенции капитан Лебядкин – символ косноязычного, нелепого, беспомощного, невежественного и бездарного стихоплётства. Имя Лебядкина – символ предельной удалённости от поэзии, символ антипоэтичности. Не может быть поэтом человек, который мыслит и чувствует в духе капитана Лебядкина. При этом ближайшим родственником (по времени) капитану Лебядкину является Кузьма Прутков. В разные годы глашатаи от интеллигенции титулом «Капитана Лебядкина» награждали Игоря Северянина (Александр Амфитеатров), Николая Заболоцкого (Венеамин Каверин), Даниила Хармса (Анна Ахматова), Франсуа Дюпона (Евгений Касимов). Отсутствие изящности, целостности, сиеминутность, откровенность, а порой и непристойность описываемых сцен, безудержное словообразование и речевая магия ради собственного удобства, искренняя вера в моментальную результативность своих опусов – в случае прозы должны привести к гипертексту, не просто не имеющему авторского сюжета или сюжета, выбираемого читателем, а к набору постов, комментариев и перекрёстных ссылок, за которыми сам роман может и отсутствовать.

                Если в случае Достоевского мы имеем роман-зеркало, зеркало расколотое, отражающее не столько даже конец XIX века, а образ его, запечатлённый на страницах газет; то масс-медиа эпоху мы приходим к роману, построенному даже не из ЖЖ-блогов, поскольку электронные дневники достаточно зациклены на их создателях, а литературный портал, предполагающий одновременное существование под единой шапкой нескольких суверенных пространств, удивлённо сталкивающихся друг с другом в дверях, при переходе с одной страницы на другую.

                Попытки написания романа, который мы сейчас назовём «дюпонистическим» предпринимались и раньше (и успешно реализовывались, но в смежном ключе). «Козлиная песнь» Константина Вагинова (общепринятый предтеча дюпонистов) предполагает одновременное существование и прочтение всех её фрагментов, поскольку после гибели Санкт-Петербурга последовательность событий значения не имеет. Персонаж Хулио Кортасара, одинокий парижский писатель Морелли ********(а) мечтал о романе, сходном с «дюпонистическим», который освободит язык прозы от навязанных ему обществом условностей. Предполагается, что количество ссылок на соответствующий ресурс многажды превышает объём самого ресурса, поскольку главным качеством дюпонизма является оглушающая краткость ********(б).

 ******** Комментарий 8.

(Фрагмент утрачен)

 ********(а) Комментарий 8(а).

                Первые дюпонизмы приписываются Франсуа Дюпону (отсюда иназвание) – вымышленному персонажу, французскому интеллигенту левых убеждений, волею судьбы заброшенному на Урал. *********

                                               Др. Исаак Махдеш-Рамон  Статья из добавочного тома Британской энциклопедии

********(б) Комментарий 8(б).

                Внутри коня горят библиотеки. *********(а)

********* Комментарий 9.

                После общероссийского взлёта русской поэзии в 80-х полёт по техническим причинам прекратился. Оперативным пространством, удобным для начатого полёта, стало воздушно-безвоздушное пространство Урала. Как хотите, но именно здесь были без особых потерь преодолены аутсайдеровские настроения, именно здесь была без особых потерь снята как факт бездарная планка «иронизма», через которую всё ещё прыгает полстраны, именно здесь, на Урале, трагизм как форма бытия художника ушёл в мезозойское прошлое, где ему и место. Человек либо счастлив на свете, либо просто об этом не знает. Уральские поэты обрели личную финансовую независимость. Поэзия для них не судьба, а возможность приблизиться к плотным слоям судьбы. Стихи для них не демонстрация таланта, а топливо для полёта. Да и сам талант – всего лишь условие движения, а не музейный экспонат для само- и прочего любования. Искусство не может стать смыслом жизни, ибо человек больше искусства, больше даже самого себя, т.е. даже на самого себя он не делится без остатка. **********

                                               Виталий Олегович Кальпиди «Записки из захолустья»

*********(а) Комментарий 9(а).

                На этой строке крупнейшего екатеринбургского поэта Романа Тягунова аргетинский преддюпонист Луис Хорхе Борхес умирает, Библиотека Вавилона и Сад, расходящихся тропок, прекращают своё существование. **********

 ********** Комментарий 10.

                В таковых условиях текст дюпонистического романа может оказаться исчерпан в комментариях к первой фразе. Смысл не важен. Он вчитывается в текст, создаётся контекстом наугад подобранных цитат и высказываний. Важен только автор. Его личный авторский миф. Дюпонистическим романом является само текстование нескольких дюпонистов. Читают не романы Виктора Пелевина, а – Виктора Пелевина. Потому свой доклад я ограничиваю комментариями к эпиграфу. Полилог окончен. Вопросы не предполагаются.



"Звёздочки" на чтении обозначались раскрываемой в зрительный зал ладонью. Паша Ложкин тряс с меня этот доклад в печатной версии полгода (вот и получился подарок к празднику). Всех дюпонистов с наступившим!
Tags: По моему скромному разумению
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments